?

Log in

No account? Create an account
marinat55
25 March 2015 @ 08:46 pm
IMG_4676.jpg
IMG_4675.jpg
IMG_4516.jpg
IMG_4515.jpg
 
 
Masterok (Валерий)

Сенсационная находка немецкого археолога в Анатолии позволяет по-новому взглянуть на древнейшую историю человеческой цивилизации. На горном склоне в Юго-Восточной Турции, неподалеку от сирийской границы, экспедиция под руководством Клауса Шмидта откопала великолепный древний храм, которому 12 тысяч лет.

Древнейшее из найденных на сегодняшний момент культовых сооружений Гебекли-Тепе, построенное в эпоху раннего неолита, было открыто еще в середине ХХ века. Тем не менее ученые заинтересовались этим памятником культуры только после того, как в 1990-х годах были найдены массивные каменные стены и покрытые рисунками Т-образные колонны.

Предполагается, что общее число храмов в Гебекли-Тепе должно достигать 20. Каждое из строений, вероятно, знаменовало восхождение Сириуса на небе в разное время.

Впервые звезда Сириус появилась на земном небе около 11 300 тысяч лет назад. По яркости она занимает четвертое место сразу после Луны, Венеры и Юпитера, поэтому наверняка производила неизгладимое впечатление на человека эпохи раннего неолита.

Давайте изучим его подробнее …

Читать запись полностью »Collapse )

Напомню вам еще несколько древностей, про которых вы возможно не слышали: вот например Тайны долины Бру-на-Бойн, а вот Загадочные пещеры Барабар и еще необычная версия про мегалиты лемурийских великанов. Вот посмотрите, где находится Гробница персидских королей и Древняя Пальмира

Оригинал статьи находится на сайте ИнфоГлаз.рф Ссылка на статью, с которой сделана эта копия - http://infoglaz.ru/?p=53314
 
 
marinat55
Оригинал взят у nadejda___ в 1. ДЕЛА ЦЕРКОВНЫЕ И НЕ ОЧЕНЬ...
"Если наконец общественно не осудить саму идею расправы одних людей над другими, если молчать о погибших..., о пороках власти..., и беспокоиться только о том, чтобы что-нибудь не просочилось наружу, то тогда это всё через некоторое время тысячекратно возрастёт и пришедшие после  придут в убеждение, что подлость никогда не наказуема, но всегда служит благополучию. Вот тогда будет тошно жить на земле, очень тошно..."    (А.Я. Степанов)


Крошечный приход Св. Николая в Ред Бэнке, штат Нью Джерси, США оказался жертвой рейдерского захвата со стороны "священнослужителя" и его группы, которых покрывают самые верхи Русской Православной Церкви Зарубежом (РПЦЗ) (как нам было заявлено, "на благо Церкви").  Между тем, блага, украденные у маленького прихода, выражаются вполне конкретными цифрами: более $80,000 (накопленных по центу в течение более 10 трудных лет выживания, без постоянного священника, в лишениях и противостоянии продаже со стороны частных лиц); место, где стоит церковь, оценивается в сумму около $1,000,000. Службы в церкви теперь ведутся нерегулярно. На Рождество 2011 г. наша церковь впервые за всю свою историю, не только Православную - она была куплена у баптистской церкви,  в которой был крещен известный джазист Граф Бэйси (Count Basie) - церковь стояла пустая, тёмная, закрытая на замок. Цель очевидна и прозрачна...

ДО НАШЕСТВИЯ РЕЙДЕРОВ ЖИЗНЬ НАШЕГО СВЯТО-НИКОЛАЕВСКОГО ПРИХОДА БЫЛА ТАКОЙ:

К нам приезжали и нас благословляли многие иерархи Православной Церкви Зарубежом,
включая Приснопамятного Владыку Епископа Митрофана (Зносско) (вверху в центре)
и Приснопамятного Владыку Митрополита Лавра (внизу в центре):




Коллаж_все


Read more...Collapse )


 
 
marinat55
26 January 2014 @ 07:10 pm
 
 
marinat55
Оригинал взят у adam_a_nt в "ДОЛЬШЕ ЖИЗНИ" - авторская версия фильма!
Оригинал взят у resonata в "ДОЛЬШЕ ЖИЗНИ"
Авторы выложили для просмотра в интернете правильную версию фильма.
Она отличается от эфирной не только наличием двух изъятой цензурой мест, но и тем звуком, который имели в виду авторы.
Поэтому, большая просьба - если кто-то будет смотреть еще раз, или кому-то посылать, или кому-то советовать, или выкладывать в своих сетях, то давайте именно эту ссылку, а не какую-либо другую!
На всякий случай прикладываю картинку - заставку, если нужна для публикации. Это самый главный кадр в фильме.

Материалы, интервью и предыдущий фильм: http://1543.ru/SP/DV/index.htm
Дневниковые заметки о съемках фильма:
http://1543.ru/SP/12_10_Minsk/KLSHT.html
http://1543.ru/SP/11_07_Piter/Piter.html
http://1543.ru/SP/11_06_Kazah/kz-2011.html


 
 
 
marinat55
23 April 2009 @ 12:27 am
 
 
marinat55
17 February 2009 @ 01:32 pm
ПОЛЕТ ШМЕЛЯ.


Шмель – животное. Класс – насекомое.Тип – членистоногие. Семейство – пчелиных.Так сообщает свободная энциклопедия в Интернете.
Теоретически доказано , что шмель не может летать !?… Мохнатый толстячок , вобравший в себя цвет среды обитания – зелени и солнечного света. Упитанное тельце венчают два прозрачных изящного рисунка крыла.Они настолько тонки и легки, что кажется невероятной та сила , с которой они , почти бестелесные, поднимают и удерживают в воздушном потоке вес шмеля. И уж , как бы ни действовали в его полете аэродинамические силы, какие бы воздушные вихри ни становились источником подЪемной силы - налицо конфликт теории и практики. А меж тем природа назначила
ему роль важную - опылять растения и тем способствовать рождению новой жизни… И , вопреки всему – он летает, этот мохнатый шмель!..
Самолет летел на север, пересекая Средиземное море. Она смотрела в окно иллюминатора: ей нравилась любоваться землей с такой заоблачной выси. Высота почему-то всегда волновала ее – с детства. Ассиметричные квадраты полей, густые изгороди лесов, заснеженные горные вершины, на которые никогда не ступит ее нога, реки…
Почему – то страшно было лететь только над бескрайней водой моря. Страшно, потому что Она всегда представляла , как самолет неожиданно падает и мнгновенно исчезает в волнах… Вода ее пугала.
Сегодня пейзаж за стеклом иллюминатора был однообразным и скучным. Плотный слой облаков закрывал землю под крылом самолета , а от яркого солнца на безоблачном небе она уже порядком устала .
Сон не приходил. Наверно, мешало волнение. Она ждала встречи с людьми, которых любила , по которым скучала. Ждала встречи с местами, где прошла большая и уж, конечно, лучшая часть ее жизни. А сознание , что, видимо, это будет их последняя встреча, рождало какое – то щемящее чувство в грудной клетке. Ничто уже не повторится. И ничто уже не вернуть…
Она прикрыла глаза и отдалась воспоминаниям. Впервые за многие годы ее память, скованная ограничениями и запретами , получила свободу. Захотелось многое не только вспомнить – Она ни о чем и не забывала. Захотелось вновь пережить те ощущения и чувства, которые так долго таились в глубинах ее сердца и памяти…
Семнадцать лет не была Она в городе своего детства и молодости. Волей судьбы сейчас Она жила в другой стране, как говорят, на исторической родине. Это искусственное понятие изобрели в последне несколько десятилетий. Ибо только оно позволяло в те годы сменить место жительства. Но в ней всегда жила уверенность , что Родина – только одна. Это место, где ты родился, где сказал первые слова, прочитал первые книжки, познал первую любовь, получил первые художественные впечатления.
Но есть страна , в которой ты живешь сейчас, язык , культуру и законы которой ты признаешь и уважаешь . Она поняла , что чем старше становишься, тем большим флером романтики и трогательной грусти окутано давнее прошлое.
Она пыталась предугадать, какой будет эта встреча с прошлым? Что ждет ее в городе у моря? Перед глазами бегущей строкой проплывали , не давая покоя, словно предупреждая, стихи Геннадия Шпаликова:
То ли в счастьи иль в несчастьи,
Истина проста: никогда
Не возвращайся в прежние места.
Даже если пепелище
Выглядит вполне,
Не найти того , что ищем,
Ни тебе ни мне…
Может, и, правда, напрасно она подвергает себя новым испытаниям? Как говорят : охота пуще неволи. Затосковала она вдруг по родным местам и лицам.
Она помнит , как семнадцать лет назад она смотрела на них, стоя на палубе теплохода, который увозил ее далече от родины, от прежней жизни. Она стояла на палубе одна. Слезы нахально бороздили ее тщательный макияж. Казалась чья - то жесткая рука кусачками для гвоздей по живому рвет у нее зуб за зубом… Они , понимая ее чувства, устроили на мокром после дождя пирсе шутейный хоровод с песнями и фейерверком шампанского на радость пассажирам, вывалившим на палубу. Она была им так благодарна за понимание и любовь…
Так сложилось , что незадолго до того , как покинуть страну , Она вернулась в родные Пенаты из Калифорнии, где прожила год у друзей. Запахи океана , диковинных цветов и деревьев, безоблочное небо и птицы неповторимой окраски – все дышало атмосферой красоты. А гланое - это воздух Большого кинемотографа. Эта земля создана Богом для кино. Здесь рождались чудеса истинного искусства. Но, увы, конечно все – закончилась и виза. Пришло время возращаться домой. На родную киностудию.
Контраст был столь оглушительным , что вспомнилась знаменитая сцена на лестнице из фильма ,, Крестный отец ,,. Когда Майкл Карлионе ( Ал Пачино) видит , как убивают его дочь , на его лице застывает беззвучная маска отчаяния. Как древнегреческая маска трагедии. Затем из фонограммы , опущенной на несколько кадров , раздается душераздирающий крик такой силы , что попросту немеешь.Так случилось и с ней при виде того, что твориться дома. И ею овладело беспокойство, охота к перемене мест…,,
На карте земного шара оказалось множество неведомых земель. И все хотелось увидеть. И Она подумала о стране и великом городе, в котором она и живет сейчас. Эта мысль ,, о хождении за три моря ,, словно была спущена Сверху. И как это делают американцы , она спросила себя: ,, Why not? ,, Вопрос до примитива простой, но гениальный одновременно. Он открывает перспективу и заставляет дерзать. Она ответила себе ,, Let it be!..,,
Древний город встретил ее жаром. Послеполуденная сиеста всосала с асфальта улиц и площадей все живое. Жалюзи и ставни закрывали оконные проемы, как бельмо на глазу. Белесые , непрозрачные смотрели ,,в никуда,,; прятали интимную жизнь людей , их мысли и чувства.
Все для нее было новым. Язык , обычаи, ментальность жителей – их способ мышления, поведения. Она пыталась найти в себе то , что сближает , роднит ее с соплименниками, с которыми она будет жить. Но поняла, что для этого ей нужно заглянуть в глубь веков. Однако ее ,,глубинную,, память так давно не беспокоили, что дверь в эту ,, святая святых,, вместе
с замком давно заржавела. А чтобы привести ее в рабочее состояние понадобится ,, медвежатник,, очень высокой пробы.
Загоды жизни в новой стране Она полюбила ее природу, столь разнообразную для такой маленькой территории. Ее древнюю историю, которая стала для человечества учебником философии и житейской мудрости. И все же чего – то в новой жизни она не приняла, хотя эта земля стала большей частью ее бытия…
Самолет резко тряхнуло. Как будто он стал падать. Она открыла глаза – внутри что – то ,,ухнуло,, Это было знакомое ощущение - когда-то она уже испытала его. И хотя тогда ее ,,падение,, было эмоциональным, Она испытала то же чувство страха и безысходности, как сейчас. Казалось, с тех пор прошла целая вечность. Как много жизней прожила Она…
Спустя семнадцать лет ,,вживания,, и ,,выживания,, на новой родине ее настигла беда, как всегда неотвратимо и неожиданно. От нее Она пыталась убежать сейчас. Будто это вообще возможно. Жутко хотелось тату на груди: ,,Нет выхода,,. Как в метро. Мучительно потянуло к истокам. А, ведь казалось, что тот, отживший цикл, Она замкнула и отпустила.
Что-то призывало ее к своему пепелищу. Словно там Она почерпнет силы и найдет решение своих проблем…
Ровный гул самолета успокоил ее и вернул на волну воспоминаний. Опавшие листья памяти взвихрились, ожили, зашелестели годами, месяцами, днями… Она плохо помнила свое детство. Читая классику , она всегда поражалась той стенографической точности, с которой писатели восстанавливали детали своей детской жизни. Ничего подобного сделать она немогла. Ее память порой хранила лишь ,,сполохи,, событий.
Среди самых ослепительных впечатлений ее детства стал цирк.Это чудо впечаталось во всю ее будующую жизнь.Стало одной из главных историй ее биографии.
Тем летом, после смерти матери , она стала жить в семье тетки. А жили они в южном городе у моря , в доме цирка. Дом цирка собственно цирку не принадлежал. Просто одним своим толстым полукружьем он вклинивался в территорию их двора. В этом доме проживали технические работники цирка.Парадный же вход находился в другом полукружье, выходившем на параллельную улицу. Днем боковые двери открывались во двор , чтобы солнце прогрело воздух в зале. А если притаиться у одной из створок огромной двери и пристально вглядеться в сумрак зала, увидишь главное – арену, усыпанную опилками, и уходящию ввысь к куполу, кресла зрительного зала. За этой дверью жила загадка, сказка и таинство. Ах, как же им, детям этого двора хотелось проникнуть в тот полумрак. И, видя такие искренние, откровенные страдания, замечательный человек - старый билетер, жизнь проживший в цирке, дядя Миша Саркисьянц-однажды открыл для них заветную дверь. Он пропустил их на дневнрй спектакль, разрешив присесть, как птичкам на жердочках, на верхних ступенях лестницы, ведущей на трибуны.То был исторический акт в ее жизни, ибо с момента приземления на этих ступенях ее юная жизнь обрела смысл..Она росла , взрослела, уже могла даже купить билет в партер, но эти ступеньки будто стали ее частью – так много впечатлений было связано с ними. Ей никогда не забыть тот восторг, который она нспытала, когда погас свет, угомонилась миграция неуемного детского населения.Вспыхнули прожекторы, осветили нарядную, покрытую синим бархатом арену, и в ярких лучах два ряда униформистов в шитых золотом ливреях встали по обе стороны артистического выхода. Затем на арену вышел человек в черном фраке с таким сложным немецким названием – шпрехшталмейстер…
Он обьявил начало праздника и повел его легко и властно. Ее сердце было готово выпрыгнуть из груди – столько волнения и радости было в ее юном существе. Что ни номер – то открытие и восторг, Да и только!
Ах клоун! И сегодня она в деталях помнит его репризу. И сейчас она вызывает ее улыбку. Уж тогда она хохотала вместе с другими детьми.
Все было невероятно смешным и остроумным…
Пока униформисы освобождали арену от реквизита предыдущего номера иллюзионистов, появился клоун. В объемных клетчатых штанах, огромном пестром пиджаке, в кепке с широким околышем из – под которого лихо торчали во все стороны жесткие рыжие волосы. Обувь его была размеров на шесть больше реального . Как она узнала позднее – классический рыжий клоун, в котором преувеличено все – детали одежды, реакции и чувства. Все в нем было неожиданно,забавно и весело.
Поначалу он все пытался присесть на разные плоскости – отдохнуть захотелось после неудачных попыток помочь. Почему – то он всем мешал. Отовсюду его гнали гнали его быстрые и деловые униформисты.
Оказавшись не у дел, он обиженно присел на бархатный барьер арены и сосредоточенно принялся изучать содержимое своих карманов. Из бездонных глубин необьятных штанин он вытащил множество предметов не первой необходимости. Портняжные ножницы, какие – то коробки. Кусочки засохшей сдобы, зубную пасту и щетку – свидетельство его походной жизни, какие – то металические бляжки.С особой нежностью он вытащил спичечный коробок и приложил его к уху. Лицо его напряглось, а уши , кажется встали торчком. Видимо, в коробке была какая-то жизнь, потому что он вдруг улыбнулся ласково и озорно: его сокровище было при нем. Оно что-то шептало ему на ухо.Клоун даже обошел нескольких зрителей в партере, предоставляя им возможность порадоваться жужжанию в сердце коробка. И очень довольный собой и реакцией зрителей , вернулся на арену.
Декорации уже были убраны, и внимание зрителей сосредоточилось на клоуне. А тот продолжал свои манипуляции с коробком, не удержался и на 2/3 раскрыл коробок.Уж больно захателось вновь увидеть свое сокровище. Да, видимо он не рассчитал, его ,,чудо,, опьяненное воздухом свободы, радостно покинуло свою темницу и нагло и мстительно уселось на кончик мясистого носа своего тюремщика. Потрясенный клоун замер, скосив оба глаза на кончик носа и грозно уставился в глаза насекомого. Разыгрался нешуточный поединок характеров. Насекомое тоже оказалось не лыком шито,и начало первым,больно ужалив раскрашенный островок лица, который был носом его врага. Клоун взвился от боли, и , казалось ,,завис,, в воздухе. В гневе он с силой прихлопнул насекомое на своем лице.Но в гонке клоун оказался вторым. Реакция насекомого оказалась стремительней, как вертолет последней модификации, оно со скоростью реактивной взмыло ввысь, а клоун с силой ударил себя по лицу и от боли спрятал нос в ладонях. Когда он отнял руки от лица – его нос распух от укуса и стал типичным клоунским шариком ...Это была битва ,,титанов,, - до победы , насмерть. Битва человека и животного класса насекомых. Последнее поражало резвостью защитных реакций неожиданностью атак.Насекомое подвижное и мобильное попросту насмехалось над человеком.Рядом с ним человек был разобиженным и неуклюжим.Но сражался самоотверженно, отчаянно защищая честь и звание ,, царя природы,,…
Клоун , преследуя обидчика, кувыркался, подпрыгивал,пытаясь ,,достать,, насекомое с лету.Он даже пытался взлететь в своем неуемном стремлении к победе. Да попросту забыл, что дар левитации человеком давно утерян, правда остался разум и хитрость.Человек в стремительном прыжке накрыл потерявшее бдительность насекомое своим телом. Выдержав паузу , осторожно протиснул руку под грудь и схватил возмущенно жужжащего противника и осторожно с уважением к сопернику, стараясь не повредить его тонкие крылышки, поместил в коробок. И улыбнулся умиротворенно.
С сознанием исполненного долга и под аплодисменты зрителей он удалился за кулисы.Много позднее она узнала, что всю эту феерическую акцию сопровождал музыкальный номер ,, Полет шмеля,, из оперы Римского – Корсакова ,, Сказка о царе Салтане,,….
Так вошел в ее жизнь цирк. И на всегда остался ее первой любовью.
Время от времмени Она изучала себя в зеркале. И тот образ, который предлагало ей Зазеркалье, не укладывался в ее представление об артистке. То,что являлось ее глазам , хотелось зачеркнуть. Подправить . Стереть.И от бессильной обиды Она плакала, укрывшись от посторонних глаз…
И все-же – как в молодом зверьке, силен в ней был элемент игры, а врожденное жизнелюбие вырывалось из глаз каким –то неистовым блеском. И, когда иссякала обида на природу за несостоявшуюся ,,звездную ,, красоту, Она вновь отдавалась радости от того, что просто живет. Оттого, что жизнь сама по себе прекрасна…
И так, Она поняла, что артисткой цирка ей не быть. Да, и без цирка тоже. Два года после окончания школы Она работала на конюшне, помогая конюхам в уходе за животными. Особенно нравилось ей наблюдать за хищниками. И, смирившись со своей участью, она была жизнью своей вполне довольна! Но, увы, воотал родня; девушке из интеллигентной семьи вовсе не пристало посвятить свою жизнь копанию в навозе. Грозились от цирка отлучить. Тогда, дабы не разжигать страсти, Она поступила в Университет - на физмат.. . Почему на физмат – Она и сама не знала. Наверное из-за отсутствия конкурса да , и не все ли равно, что за факультет, если это не любимое ею дело..
,,Пожар,, был погашен. Но уж очень быстро Она поняла, что цифры , формулы и абстрактное мышление ее не вдохновляет. Насилуя себя, проковыляла два курса и поняла, что бунт темный и решительный зреет в ее сердце…
Все свободное время Она по - прежнему проводила в цирке. Только здесь душа ее расслаблялась и расцветала.
Однажды вечером Она смотрела спектакль из бокового прохода. В тот вечер впервые с папой и мамой вышел ее любимый дружок – их юный сын, слоненок с божественным именем Ганеши.Они подружились давно, с тех пор,как в составе атракциона слонов он приехал в этот город готовить новую программу. Ее умиляло , что все в этом ,,малыше,, было таким же, как у взрослых слонов. А ,,малышу ,, было только семь лет.Она сразу полюбила его. Когда Она впервые предложила ему кусочек сахара на ладони, он взял ее хоботом так нежно, с таким ласковым придыханием, что она даже зажмурилась от приятности. С тех пор Ганеши ждал ее, радовался ее приходу и принимал дары – сахар , фрукты , печенье.
Сегодня у Ганеши был дебют, и пропустить его она не могла. Она прсела на корточки в боковом проходе – казалось,так она лучше видит своего дружка. И, когда он проходил рядом с барьером, они встретились взглядом, и ей показалось , что слоненок подмигнул ей. От неожиданности и удивления Она не не удержалась на корточках и спиной плюхнулась на ковер прохода. Тут же Она почувствовала над ухом чье –то теплое дыхание(совсем как из хобота Ганеши) и мужской голос прошептал что-то неожиданное: ,, Стоп! Гвардия умирает, но не сдается…,, Сильные мужские руки легко подняли ее за локти. Оглянувшись Она увидела на уровне глаз четко очерченный мужской рот с родинкой над верхней губой и белозубой улыбкой.Сверху на нее смотрели веселые, шальные глаза. Их взглялы встретились, - и Она утонула в этой Марианской впадине…
А вот так в ее жизни появился ОН. Он был воздушным гимнастом, и вскоре начинал работать в новой программе. Легкий, ироничный, с обаятельной открытой улыбкой. Балагур и шутник. Был ОН сродни торнадо, и в воронку его спирального вихря ее втянула и закружила какая –то центростремительная сила…
ЕЕ познания о любви ограничивались литературой и фильмами. Впервые любовь реальная, чувственная шаровой молнией ворвалась в ее сердце, взорвала и осветила ее сущность.
Сейчас, несмотря на последующие события, Она верила, что чувство ее не было односторонним. Химия Любви овладела обоими.Они нашли друг друга ,как две половинки старинной монеты в шпионских фильмах.
Что за время то было!..Как легко и весело они жили. Они любили друг друга, и мир вокруг светлел и искрился от их любви. Все свободное от работы и репетиций время они проводили вместе. И хотя Он был на пятнадцать лет старше ее, они оба озорничали как дети.
Им нравилось посещать винные подвальчики, где обитало великое разнообразие человеческих типов и типажей. Где каждое лицо было историей конкретной жизни. Им нравилось разгадывать отметины времени и событий на их лицах. Они пытались понять, что привело их к такому финалу…
А однажды в баре, когда Он пошел к стойке заказать кофе, Она видела , как с обеих сторон к нему прилипли две пташки цветастой наружности. Оглядываясь в ее сторону , они в чем-то убеждали его. Он лишь весело смеялся, а потом рассказал , что получил весьма ,,лестное,, предложение идти с ними и для пущей убедительности , они не шибко высоко оценили ее персону, сказав , что она на ,, ладан дышит,, . Они оба хохотали так , что дамы покинули бар посрамленные.

Каждый вечер, когда Он работал свой номер, Она была ,,на посту,, - на привычных ступеньках на трибуну.. Ей нравился его номер – в нем сочеталась пластика, изящество, точный расчет и бесшабашная храбрость. А еще ей нравилось, что все, что Он делал на трапеции, он делал с удовольствием.Он наслаждался своим искусством, и зрители чувствовали это и принимали его всегда восторженно.
Задрав голову к куполу. Она с восхищением следила за ним. Она просто была рядом с ним на трапеции, и в этот момент с ней происходила трансформация удивительная. Тело ее раскрывалось, как лепестки лотоса, и и выпускало из себя мечту – легкую и прекрасную. С линиями тела утонченными и вытянутыми, как на картинах Модильяни. И вся Она воплощенная красота – устремлялась ввысь, к радости.
Она упивалась волшебным чувством полета,которое Он так щедро дарил ей. И Она летела над миром, крепко держась за его сильные, заботливые руки…
Лишь много лет спустя Она познакомилась с творчеством Марка Шагала . Она увидела его,, Полет над городом,,, который отозвался в ней радостью и болью. Шагал был близок ей, потому, что она поняла, что так зримо воплотить образ безоглядного счастья и невесомости может не просто талантливый художник. Это надо испытать самому…
Они были так упоены своей любовью , что напрочь позабыли об окружении. Меж тем, цирк , владевший информацией большей, чем Она, затаив дыхание, следил за действом, развернувшимся на их глазах.
Она была обсолютно доверчива, и ей не было нужды интересоваться t воздуха за спиной. Предощущение грозы в ней отсутствовало совершенно. Ей казалось, их счастью не будет конца.
А гроза меж тем разразилась. Из Москвы прилетела Его жена с сыном, и теща… Это было как взрыв в Хиросиме. Оказалось, ей просто забыли сообщить, что семья существует. ОН, вмиг став чужим, не нашел нужных слов. И вообще пропал. Изчез. Слинял.Растворился в эфире…
Больно резанула мысль: Она знает Его и ничего - о нем.
Его умная и властная жена отчитала ее по всей строгости закона. Она владела клавиатурой Его души и играла на ней с мастерством Рихтера. То было условие их брака, иначе она давно бы потеряла его.Был еще сын. А за семьями его и ее стояли цирковые династии…
Она осталась совсем одна на крошечном обломке льдины, окруженной бескрайней водой океана. Она совсем не знала о ,,клавиатуре,,. В ее чувстве не было места расчету. Она всего лишь любила Его.Когда сознание ее прояснилось, Она почувствовала, что кто-то мощным ударом столкнул ее с обломка льдины в океан, и вода поглотила ее.Она погружалась все глубже и глубже. Впадина казалась бездонной. А, когда последние пузырьки воздуха готовы были навсегда покинуть ее легкие, какая-то сила вновь вытолкнула ее на поверхность. Жизнь к ней вернулась. Потом заработало сознание: как жить дальше, если уже никто и ничто не оторвет ее от земли.Как вернуть то упоение полета, без которого ей не жить…
Искать Его Она не стала. Ни вопроса. Ни упрека. Все потеряло смысл. Как и вся последующая жизнь.Оставаться на земле – невыносимо. И, собрав из последних сил энергию, оставшиюся в ней от совместных полетов, Она все же оторвалась от земли…
Стало легко и свободно. И прежняя радость на время вернулась к ней. И, когда астрал уже открыл ей свои объятия, готовый принять эту страждущую душу, Она услышала с земли далекий Голос…
Она так хорошо знала этот голос, и он звал ее. И, тогда презрев все законы физики, аэродинамики и прочих разделов науки, она круто сменила направление и ринулась на этот голос. Земля стремительно неслась навстречу ее лицу, и прежде, чем они столкнулись, Она услышала звон разбитого стекла.
Это разбилась ее душа....
Итак , Высшая Воля назначила ей – жить! Но оставаться с Ним в одном городе – было выше ее сил. Решение пришло быстро. Наскоро собрав пожитки, она улетела к подруге в Питер. Тогда еще Ленинград.
Перемена мест ее не излечила. Она металась по городу в поисках успокоения. Однажды после прогулки по Марсову полю она оказалась на Моховой. У одного из старинных особняков стоял большой рекламный щит с обЪявлением о приеме в Институт театра , музыки и кинематографии. Сверкнул какай-то неясный лучик надежды, и она открыла тяжелую входную дверь…
Она открыла дверь в свое будущее. В ту иную жизнь, которую она так искала в надежде забыть прошлую. Она успешно прошла все туры консультаций и была допущена к вступительным экзаменам. И тогда, распрощавшись с постылым физматом, Она поручила подруге забрать документы из университета и срочно переслать ей.
Говорят, когда не везет, всюду плохо. А уж, если удача улыбнется тебе,постарайся ее приветить – и все тебе будет удаваться. Она была принята в институт и стала осваивать другие ,,территории,,. Это был совершенно новый для нее вид искусства – с иными законами, историей, драматургией. Хотя с цирком Она встретилась и здесь, в Театральном институте. У актеров на первом курсе практикуются пластические этюды на тему ,, Цирк,,
Итак, жизнь набирала обороты. Лекции, работа в библиотеке,семинары, зачеты, сессии, посещения спектаклей, подработки на съемках на ,,Ленфильме,,. Ну, где уж тут найти время, чтобы предаваться ,,смокованию,, душевных переживаний. Время работало в лечебном режиме. И постепенно ее раны затягивались пленочкой. Она поняла, что на пути к выздоровлению, когда на 3-м курсе обратила внимание на студента с художественного факультета, который давно ее заметил и просил ему попозировать.
Все в новой профессии ей было интересно. Все нравилось. На глазах Она оживала…
Все годы обучения в Институте Она не ездила на каникулы в свой город. Лето проводила вместе с сокурсниками на съемках и других подработках. Надо было подготовить материальную базу на следующий учебный год.
Годы учебы пробежали , и вот Она уже получила диплом ,,С отличием,,. А тут ей предложили работу на киностудии в родном городе. Знакомый режисер запускался с картиной. И как ни опасно было после стольких лет приближаться к пепелищу, Она все же рискнула. Картина, в которую ее пригласили, вся снималась в экспедиции, затем Post – production на ,, Мосфильме,, - _глядишь, и еще год спас ее от опасного свидания с прошлым. Ее мозг, память, весь организм все эти годы работал на забытье. И все же - женская душа, даже очень сильная, слаба. Спустя 5 лет после событий Она снова пришла в цирк.
Работники встретили ее радостно. Она вновь почувствовала, как все здесь дорого для нее. Как ,, дым Отечества,,. Она не задавала вопросов, и все же до ее сведения довели, что ее Гимнаста больше нет на этой земле… Она задохнулась. Сердце остановилось, а земля перестала быть твердью. Снова раздался уже забытый хруст раздавленного стекла…
Ей рассказали, что после ее побега, что-то в его жизни незаладилось. Его веселость и лихость померкли и завяли. Работа его уже не радовала. Он жил и работал без прежнего вдохновения. И удача будто отвернулась от него. А спустя полгода на гастролях в Сибири Он разбился на своей машине, врезавшись в придорожное дерево .
Была это обычная дорожная авария или осознанное решение лишь Богу ведомо… Похоронили его на маленьком сельском кладбище в Подмосковье, где у его родителей был дом.
Она продолжала жить. Ее жизнь не была пустой. Были романы, увлечения.Даже была попытка ( правда неудачная и недолгосрочная) создать семью. Видимо, что-то в ней было неприспособлено к этой миссии.
Были в ее жизни мужчины умные, талантливые, известные стране. Они увлекались ею, иные - даже любили.
И когда все вроде бы складывалось в ее жизни, в какой-то момент возникало лицо с шальными глазами…
Она старалась упрятать его в самые потаенные глубины памяти, но оно жило собственной жизнью, зная, что территория ее души принадлежит только ему…
Он умел отрываться от земли, от суетного, мелкого. Он дарил свободу и чувство полета. Хоть художника Шагала он не знал вовсе. Просто Он родился с талантом любить, как художники рождаются с чувством цвета. То был его дар. В этом Он был бессеребренник и поэт. В остальном – мужик, как прочие…
Когда через много лет Она приняла решение о ,, Хождении за три моря,, , оиа знала, что не покинет страну, не увидевшись с ним в последний раз.
Она полетела в Москву. Нашла то небольшое кладбище в Подмосковье и его могилу. Когда их взгляды встретились, что-то в ней дрогнуло, как в их первую встречу. С могильного камня на нее смотрело такое родное, улыбчивое лицо с родинкой над верхней губой и веселыми когда-то глазами. Сейчас в его взгляде была грусть и чувство вины. Холод смерти так не вязался с его теплом и жизнелюбием, что понадобилось усилие воли , чтобы за многие годы впервые не зареветь в голос.
- Мир душе твоей, дружочек! Я давно простила тебя. А вот позабыть так и не смогла…
- Господи, как захотелось выпить! За упокой души. Вернувшись к реальности, Она увидела, что по проходу стюард развозит и любезно предлагает пассажирам питье.
- Russian vodka and tomato juice, please - попросила.
- Под внимательными взглядами пассажиров ее рядов Она уверенно прготовила коктейль. Выдохнув, решительно, по-мужски осушила бокал. Наблюдатели доброжелательно заулыбались. Иные даже заапладировали. Включившись в игру, Она изобразила поклон и грустно улыбнулась. ,, Кровавая Мэри,, слегка притушила напряжение. Но выйти из потока воспоминаний она не могла. В такой ,,исторической,, последовательности Она вспоминает свою жизнь впервые. Только сейчас Она осознала, как это важно для нее. Будто осмысление свершившегося и незавершенного дает ясность и энергетический потенциал. А ей так нужно было на этом этапе найти свой путь, свое место между прошлым и будущим.
- Сейчас она возвращается в мир своей молодости. Там Она ищет помощь в решении своих проблем. Там надеется получить подзарядку своей уходящей силе и иссякающей надежде…
- Стюардесса объявила , что самолет пошел на снижение. Ну, вот скоро она ступит на родную землю. Ее встречают и ждут там.
- Те , кто все эти долгие годы разлуки не забывал ее. Чья память и тепло согревали ее в часы испытаний. Чья помощь была незаменима. И ее уже не пугает пепелище. Не знаю, возможно ли это в материи, но Она верила , чувствовала, что сквозь пепел воспоминаний рвутся зеленые ростки новой жизни.
- Она представила себя тем мохнатым шмелем , которому природа теоретически отказала в праве летать. Но, следуя своему предназначению , он все же нашел возможность взлететь. Нашел свое место в воздухе…
- Так и Она знала, что должна восстать из пепла воспоминаний. Она найдет свой изгиб крыла , ,,свой вектор тела,,, который рождает воздушные вихри…
- Она знала, что найдет в себе силы для взлета. Поверила, что обретет тот запас любви и доброты, который поможет в борьбе с бедой. Она поверила в завтрашний день.


ЕВА НЕМИРОВСКАЯ
ИРУСАЛИМ
Лето 2008
 
 
marinat55
27 August 2008 @ 04:28 pm
Весна в Иерусалиме by Eva Nemirovsky
Последняя неделя февраля . Наконец-то зима складывает свой багаж собираясь в дорогу .Пора уступать место короткой весне и долгому  вопреки всем временам года долгому лету .
 А это значит - конец угрюмым  , сырым дождям и закадычному их другу – ветру . Конец его хулиганским выходкам. Шальной он подкрадывается всегда незаметно , когда ты расслаблен , когда уверен – спасения твое под зонтом. Он нападает стремительно и норовит вырвать твою защиту из рук. А то попросту залихватски выварачивает гриб зонта наизнанку и хохочет весело , когда холодные струи воды обрушиваются на твою бедную голову словно из бездонного черпака Водолея.
Конец склепному холоду в квартире. Какая-то неведомая сила гонит тебя на улицу ,к солнечному свету и теплу . Очень скоро желтая планета опять завоюет этот город , сделает его чем-то вроде плавильного цеха и в дуэте с хамсином высушит воздух , сделает его обжигающим ,а дыхание затрудненным. Сердце застучит отрывисто и часто, а кровь забьется в стенках сосудов словно стремясь вырваться из ставшего вдруг  тесным тела .
Но это потом . Летом . А сейчас как писал Лермонтов – Воздух чист и прозрачен. 
Небо такой ровной голубезны и плотности , что просто не верится , что оно не материально.   Зеленые стрелы кипарисов оттеняют шарообразные пушистые кроны розового цветения миндаля. И весь этот белый город, освещенный золотистыми лучами ,словно плывет вздымаясь на гребнях холмов и опускаясь в долину .
Ступенчатую композицию домов, как на полотнах старых мастеров венчает башенка минарета . Ровно в без пяти минут полдень включается фонограмма с голосом муэдзина призывающим правоверных мусульман к молитве .Я не оговорилась - живого голоса муэдеина в Иеррусалиме уже не услышишь. Технизация проникла и в храмы .
 А в пятницу ,в полдень , начинается служба в мечети . Динамики транслируют ее на всю округу и слышит ее всякий хошь-не-хошь- верный и неверный мулла вещает истово . Его хриплый голос , усиленный мощными микрофонами , взрывает дневную тишину , которая готовит неверных к началу субботы. Короткие рваные фразы гортанного языка исполнены таккого посыла и агрессии, что даже не понимая о чем говорит мулла чувствуешь одно - с Богом так не разговаривают. К чему же зовет мулла своих прихожан - можно только догадываться.
Иерусалим - город – декорация , если смотришь на него с вершины одного из его многочисленных холмов .
Такой мирный, покойный и светлый Великий город на Святой земле . Но и мир и покой его обманны .. И каждая поездка по городу становится испытанием Судьбы. Садишься в автобус и не знаешь там ли уже симпатичный юноша  арабской национальности с пояском шахида на груди и косой смерти за плечом.
Автобусы с людьми взрываются как  петарды . Открывается весенний сезон  Интифады.
 
Е Немировская
Март2004
Иерусалим
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
marinat55
27 August 2008 @ 04:24 pm
Мой друг – Бегемот
У меня никогда не было собственной живности- ни кошек , ни собак , ни попугаев . И оправдание тому было . Моя кочевая жизнь на многое налагала свое « табу ». Но я всегда считала, что люблю животных. Люблю так – вообще. Наверно , так же говорят: « Я люблю людей … Мне нравилось наблюдать их в цирке, где прошло мое детство. В зоопарке . В кино – они так безыскусны и пластичны на экране , что порой, и актеры рядом тускнеют. А еще приятно запустить пальцы в теплую шерстку и при этом сказать что-нибудь ,, сладенькое,,
Но однажды природа все же свела меня с одним из своих созданий попросту ,, нос к носу,, , ,, глаза в глаза ,, .
Зима в Иерусалиме промозглая и ливневая . Порой, глядя на эти разверстые ,, хляби небесные,, , просто не веришь , что большую часть года город сжигает палящее солнце . Оно , как огромная электроплита, которую забыли выключить. И все это время я тоскую о снеге, но утолить свою жажду могу только, засунов руку в морозилку своего холодиьника…
Дважды Высшие силы услышали меня и на несколько дней засыпали Великий город настоящим снегом. Это было на первом году моей жизни в Израиле . Зеленые пальмы под белым снегом – понятие несовместимое, и потому красоты особенной. Веришь, что под этим небом – возможно все. Даже настоящая гроза, с громом и молнией, в разгар зимы…
Так было и в ту ночь. Дождь со снегом обрушились на эту благословенную землю с такой яростью, словно получили задание свыше затопить ее вновь… Мне не спалось. Мысли, отнюдь неяркой окраски, плясали в голове. Я вышла на балкон подышать грозой. В такие минуты мне всегда становится легче. Словно взрывы в природе что-то очищают и расслабляют в тебе. Уходит темное, проблемы отступают…
Вдруг я услышала шорох. Я повернула голову - в темноте сверкали два огонька. Я включила свет – у меня был гость. На коробках устроился большой полосатый кот. Его круглые глаза с подвижными зрачками смотрели на меня настороженно и пытливо: « Как вы , люди , говорите - в такую погоду и собаку не выгонишь на улицу? Что же ты сделаешь со мной ?»
Я взглянула в окно. Раскаты грома гремели , как трубы Иерихона, словно пришел уже час Страшного Суда… Короткие вспышки молнии, как языки адского пламени, напоминали о расплате за все , что мы предали. О чем было удобно забыть. За злобу и ненависть, в которой живем. За очерствение сердца…
« Он прав,» - сказала я себе, и вынесла вердикт: « Останешься. Живи. До тепла».
Его глаза успокоились. Он доверительно уткнул свой кожаный нос в пушистые лапы. Сжался в комок, пряча в себе тепло, и задремал…
И, хотя в моем доме без отопления зимой едва ли теплее, чем снаружи, но с неба не каплет. Да и в жалюзи на балконе зияет дыра. Как объяснила хозяйка – для вентиляции ванной. Ну, как тут не вспомнить про водопровод, « сработанный еще рабами Рима» ?
И все же – прибежище..
Так началась наша совместная жизнь. Каждый из нас свято чтил свою независимость. Я не знала о его делах и проблемах, его не интересовали мои. Я не знала его друзей и врагов. Он был равнодушен к моим привязанностям и антипатиям. Для связи с миром у меня была дверь. Дыра в жалюзибыла залогом его своьодной воли7
После завтрака у него всегда появлялись дела.Он ловко вспрыгивал на высокий подоконник, и с меткостью хорошего гимнаста исчизал в проеме дыры. Но лишь раздавался скрежет, всегда оседающей от сырости двери, что возвещал о моем приходе , он тут же появлялся в дыре с радостным урчанием, и прыгал на пол. Его требовательное ««Мяу» напоминало, что время обеда пришло.
Я вошла в его жизнь под кличкой «Охель»(еда). За округласть и крупность стати я звала его «Бегемотом» . Нозоологии он не изучал, и Булгакова не читал. Поэтому на имя не откликался. Я честноисполняла негласный уговор – трижды в день он получал любезное его брюху месиво из « Kitty-Cat» и молока. Еду он уплетал с жадностью. Благодарностью не баловал.Все принимал, как норму, словно это часть услуг «отеля». Затем вновь убегал по делам или укладывался на подстилку, чтоб жирок завязался.
Так мы и прожили зиму – вместе и каждый сам по себе. И чего уж греха таить, мое чистоплюйство ранило, что некогда белая стенка балкона, постепенно теряя свою чистоту, заполнялась четкими отпечатками лап моего постояльца. Свой праведный гнев я смиряла, призывая себя к терпению и терпимости… Но, увы,- человеческая порода несовершенна:зерно войны было посеяно.
Квартира моя большая, но убогая изначально. На ней печать нелюбви и неухоженности. Пришлось немало потрудиться, чтобы придать ей индивидуальность и жилой вид. Особенно в «святая святых», что носит высокое звание –женской ванны.Здесь то раздор и зарыт.
Ах, люди… Мы самодовольно зовем себя « венцом творения», но как худо мы знаем друг друга. Как редко стремимся понять и себя самого, и ближнего своего.Уж тем более тех, кто у наших ног, кого мы , фальшивя, зовем « братьями нашими меньшими»…Что мы знаем о них, тех, кто всегда рядом? Порой я думаю – это они нас наблюдают. Изучают наши повадки и желания. Ведь от нас часто зависит их благополучие , а подчас и сама жизнь.
Мой друг оценил усилия по благоустройству, но понял их на свой лад.Ну, как же ему, воспитанному мусорнойвольницей, понять наши людские фетиши. Он решил , что именно ванная, где вода куда- то убегает, и есть его персональный унитаз!!!! Это и стало началом конца.
Я сопротивлялась ожесточенно , грудью встав на защиту своих святынь. В лучших традициях французской революци я построила баррикаду, из новой , еще в пластиковой упаковке, стремянки и таза , подперев это сооружение стулом.
Кот тоже проявил характер недюженный. С упорством, достойным лучшего применения, острыми когтями он рвал пластик упаковки, прорывая лаз в ванную. Наша война не продлилась и шести дней. Я сдалась, как арабы. Мои моральные лозунги рассыпались в прах. Он был изгнан из «рая», как некогда наши прорадители , а дыра в жалюзи была наглухо заклеена лентой, оставшейся от войны с Ираком… Благо, была уже теплая иерусалимская весна, и моя совесть, щурясь, подремывала на солнышке...Все же было жаль его: ну, не могла я обречь его на помоечное существование. За зиму на калорийном питании он еще больше округлился, обрел облик домашней респектабельности, и я решила – с довольствия не снимать ! Хотя прокормить его непросто – «он знал одной лишь думы власть». Еда- вот главный процесс жизни. Его главная страсть, и в этом он был неутомим и ненасытен. Мне кажется, когда-то у него были хозяева и дом, судя по тому, что хирург над ним поработал…Теперь все его жизненные интересы устремились на добычу еды - на любовь размениваться не приходилось.
Мой акт милосердия был принят благодарно. Он понял, что несмотря на отлучение от дома, я по-прежнему его « охель».С изобретательностью опытного охотника он стал устраивать на меня засады . Шестым чувством угадывая, с какой стороны я вернусь домой, и умел материлизоваться у моих ног прямо из воздуха. Начинался громкий плач Пониковского, поистне достойный таланта Зиновия Гердта. « Мяу! Меня давно никто не кормил! Ммяу! Я бедный, голодный кот. Мяу-у-у. Меня не любят кошки! Мя-я-яу! Я год не был в бане!»
Эта ария любви и жалости к себе достигала крещендо, но тут я захлопывала дверь перед его носом. Плачь резко обрывался, словно отключили фонограмму. Пока я готовила еду , за дверью была тишина. И лишь я появлялась в дверях с заветной, желтой миской в руках,- радостный победный клич оглашал двор. Негодяй и притвора, он честно зарабатывал еду умом, обаянием и актерским талантом. Он меня явно обыгрывал.
Он был неподкупен и свободен. Он защищал свою территорию от случайных собратьев по классу, нещадно гоняя их. Он плюхался расслабленно в тени прямо на пешеходной дорожке, и умирал. Он был приветлив и подпускал к себе всякого, кто хотел его приласкать. И одному Богу известно, отчего вдруг вскакивал и уходил прочь.
Когда ему удавалась с кем-то проникнуть в подъезд, он усаживался перед моей дверью, и сообщал: « Мяу! Я пришел » . Я молчу. Выдержав паузу, он начинает слегка нервничать, царапает лапой дверь: « Я знаю. Ты – дома». Меня это веселит и, желая его поддразнить, спрашиваю: « кто там?» . В ответ радостное, с придыханием: «Мм-рр. Мяу. Это я». Говорю слова волшебные : « Сиди и жди».
Это он понимает, знает, что за словами последует мясо или любимая рыбка. Но уж если я показываю скрещенные кисти рук ,
значит трапеза закончена. Ждать и просить безполезно. Всем телом выражая укор и разочарование , он уходит.
Вечером я люблю покурить на балконе. Завидев огонек сигареты, с утробным « М –ррр» он вскакивал на перила балкона. И между планками появлялась толстая лапа в жесте просителя, потом сквозь прутья решетки протистикивалась крупная голова. Он смотрел на меня проникновенно , просил, убеждал, требовал. Его зрачки менялись, они плясали – то затопляли глаз, то сужались в полоску. Он смотрел мне прямо в глаза, обрушивая на меня волю своего желания. И я готова поклясься, что иногда в глубине этих зрачков крылась ирония. Он знал, что победа будет за ним…
В нашем дворе есть « колодец» , образованный стенами двух домов. Это пространство закрыто решеткой. И почему – то именно этот колодец облюбовали птицы. Однажды, возвращаясь домой, я стала свидетелем сцены удручающей. Не потому, что никогда не видела подобного. Но героем сцены был он, мой сытый подопечный, мой ласковый « бегемотик». Он выпорхнул птицей сквозь решетки колодца – а в зубах его трепыхался голубь с раскрытым крылом. Он смазал меня невидящим глазом, в котором горел охотничий азарт, и умчался с добычей. С криком : « Отдай птицу!» - я помчалась за ним, но он скрылся в кустах. Да, славная , видимо, была картинка!! Обитателей двора я уж порадывала…
А вечером он , как верный Ромео, явился на балкон пообщаться. И тут меня прорвало. Все бранные слова, за жизнь накопленные, я обрушила на его грешную голову. Он слушал меня внимательно , переминаясь передними лапами, и иногда отводя голову в сторону. Понимал, я сержусь, но вины за собойне чувствовал.И тогда я пустила в ход руки, напрочь забыв завет «не судите»…Он напрягся, зрачки его залили глаза, поражаясь непостоянству людских отношенийй. Он прыгнул и исчез в темноте… Пропал так же внезапно , как появился.
К завтраку он не пришел. И к обеду не появилась между планками жалюзи знакомая лапа. Его нет уже пять дней.
По-прежнему вечером я курю на балконе. Я жду, что услышу знакомое, гортанное « Мр-р-р»…
Он приручил меня. И я за него в ответе.


Ева Немировская.
Иерусалим.
 
 
marinat55
27 August 2008 @ 04:16 pm
ПАНИ by Eva Nemerovsky
Дверь открыла маленькая изящная женщина . С кукольно правильного личика на меня смотрели ясные голубые глаза . Приветливо пригласив в дом спросила ; Вас пригласила фирма?  Спросила на иврите но я услышала сильный славянский акцент Особое звучание буквы Л уж очень выдавала страну исхода как здесь прнято говорить И хотя в Ирусалиме она почти полвека в моей памяти всплыли слова гимна Ещо польска  не сгинело  Ухо мое не подвело 
С интересом вглядываюсь в мою новую подопечную Какое неожиданное сочетание хрупкости и стати при столь невысоком росте В глубоком кресле сидит свободно и с достоинством - умение держать спину говорит о воспитании Голос звучит негромко и мягко а буква Л придает особое обаяние Этой женщине - 95 лет Прежде я необщалась с долгожителями Дамы с которыми по долгу службы я общалась в последние годы ставили разные условия Одна просила добавлять к ее имени '' missise'' , другая – родом из Голландии – '' frau’’ Эта женщина ни о чемне просила Обращение у меня родилось само – пани Янина Она и правда была Пани Это было новым в моей израильской  практике  Уж  больно не нравится мне звучание слова госпожа на иврите – гэвэрэт так много открытых Э да и изначально слово предпологает солидный возраст Толи дело в Париже  официанты обращаются к тебе легко музыкально с полувопросом  qwi madam И ты всегда ощущаешь в этом дежурном по суте вопросе нескрываемую симпатию к себе -   непросто рядовой посетительнице  но к женщине да еще и не вышедшей в тираж И это бодрит и вдохновляет Включает дополнитеьный блеск в глазах
Мой рабочий день начинался в 8 30 утра и не было случая чтобы Пани встретила меня в халате и шлепанцахТуфли  на невысоком каблучке отутюженные брючки и безупречна свежая блузка Серо-седые волосы увы уже неочень густые аккуратно уложены Крупные клипсы в ушах и перстень с бирюзой на среднем пальце руки тронутой артритом завершали портрет женщины не утратившей былую красоту элегантной хотя знавшей лучшие времена
Все в ней- умение носить одежду пластика движений- гордо хранило Женщину И лишь чуть семенящая походка выдавала возраст 95 А невсякое государство доживает до этих лет  
Пани Янина Добровська была родом из Львова Его польской части И язык Польши стал ей родным на всю жизнь Иврит она знала лучше чем я но много хуже чем положено человеку прожившему здесь почти 50лет По профессии она - модельер одежды Ее салон был популярин в довоенные годы во Львове Ее муж владел кондитерской фабрикой А двухлетний сын –был главной отрадой в ее в общем счастливой жизни Но тень Германской свастики накрывшая Европу достигла и Львова Националисты Украины приветствовали фашисткую окупацию а для семьи Добровьских пришло время страха и отчаянья Чем для евреев чреват новый порядок уже было известно из опыта Германии и окупированных стран Европы Из Львова надо было бежать только куда -было неясно Здесь ее знали и любой донос властям грозил смертью ей и ребенку А ради него пани была готова жертвовать всем Только вот муж ее со свойственным мужчинам практицизмом вдруг отказался оставить свою фабрику на милость завоевателям  А еще национальная самонадея нность и хитрость нашептывали ему что деньги помогут договорится с режимом Отвоевать в порабощенном мире свою долю свободного пространства
Тогда пани Янина бросает мужа недвижимость и прихватив сына на перекладных пробирается в Варшаву Но и она оккупирована немцами Уже действует знаменитое Варшавское гетто где за колючей проволокой собраны тысячи соотечественников Уже дымят трубы кремотория Освенцема
Как удалось этой маленькой хрупкой женщине с ребенком пройти все ужасы военной Варшавы сохранить себя и сына представляю плохо Понимаю что ее отнюдь не семитский тип – светловолосая голубоглазая с оккуратно вздернутым носиком - был ее охранной грамотой Но неугосающий страх перед доносом  держал ее нервную систему в состоянии близком к истощению УЖ больно суровым было время – и в животном стремлении выжить- людсткие принципы растворялись  в обстоятельствах  как материя в кислоте
 Главная цель в ее жизни -  сберечь сына и себя – для него Ее сын навсегда остался главнм и единственным Мужчиной в ее жизни
Она сумела продолеть свой Страх Она работала в модном салоне Знание немецкого языка давало ей свободу общения И кто бы догодался что эта обаятельная элегантная достигшая успеха в деле- всего лишь маленькая так ненавидимая Рейхом еврейка которая каждый свой день проживает истошно задавливая чувство стаха в солнечном сплетении Итак было до самого освобождения Варшавы Она выжила Выстояла
Пришла свобода но страх попрежнему гнал ее  В 1946 она с сыном переехала в Израиль Впервые за эти годы она расслабилась и вздохнула свободно
Здесь она узнала что ее муж отец ее сына закончил свою жизнь водной из печей Освенцема Как вещает надпись в этой фабрике смерти  Каждому - свое
Ú‡
Ú‡А пани Янину Судьба вознаградила долгой жизнью Наверно за ее тихое мужество и стойкость За материнскую самоотверженность И она с благодарностью приняла этот дар и всю последующую жизнь прожила так чтобы быть достойной этой милости Судьбы
Мне нравилась эта женщина Деликатная с милым чувством юмора теплая и внешне беззащитная Наше с ней общение перемежалось легкой иронией когда я говорила ей подыгрывая   не приготовить ли  для вас сырничков Она широко улыбалась И не только потому что моя стрепня была ей по вкусу и в радость – обращение напоминало ей Польшу Мне всегда хотелось порадовать  ее чем-то вкусным При мне она все уплетала взахлеб с придыханием а вот когда оставалась одна - о еде попросту забывала
Порой с чисто польским гонором тоном светской львицы она заявляла что у нее всегда была кухарка и она сама готовить не умеет Приняв стрелу я с нарочито плебейской резкостью обрывала ее - Вот и ешь свой корм из пакетиков Панна
Ее настольной книгой был Генрих Сенкнвич – Камо грядиши?  На польском языке Какие мысли воспоминания ассоциации рождал в нейэтот роман из жизни первых христиан – не знаю Но даже переходя из комнаты в комнату она брала книгу с собой Сенкевич был с ней всегда
Мы часто гуляли с ней в маленьком парке недалеко от дома и она с удовольствием рассказывала историю своей жизни Ведь у нее небыло других слушателей А я вполне прличная слушащая аппаратура Да еще и с реакцией Рассказывать она любила только о прошлом На настоящем был гриф – Совершенно секретно Плохое было только в прошлом  Настоящее – идеально В нем нет места критике и сомнениям
Ее лучшая в мире невестка деятельница в области библиотечного дела Она гордо несла свой весьма упитанный торс вот только донести его до дома Пани никак не случалось Ее лучшие в мире внуки - красавцы таланты успешные и всем нужные которых она растила баловала были так востребованы жизнью что просто минуты не улучить никак непозвонить бабке А уж посетить лично тем более
И даже в священный для евреев шабат- она тоже оставалась одна В своей много лет назад купленной квартире бальшой для одинокой женщины Сын которого она боготворила которому безраздельно принадлежал каждый ее вздох    любил ее Он заботился чтобы она ни вчем не нуждалась Был внимателен и по мужски галантен с матерью
Он звонил ей несколько раз на день а по четвергам как на свидание – презжал Он был  уравляющим очень крупной гоударственной фирмы И с воскресенья по среду это дни подготовки к четвергу Среда это предверие большого Праздника  Моя Пани – вся ожидание вся -волнение и предвкушенние Из супера я приносила его любимые сладости и фрукты И праздник наступал И так каждую неделю Безумно трогательно наблюдатьто духовное единство тот свет который обьядинял этих двух и уже немолодых людей
Я не знаю о чем думает что чувствует человек когда ему 95 лет Если он мыслит то понимает что жизнь его на земле не вечна что подошел к краю той пропости  которую назовем Смертью Ему неведомо когда он сделает свой последний шаги каждый миг обретает неповторимую ценность И так нужно быть в окружении близких стем кем дышало сердце Но в этот немилостевый шаг она тоже была одна Она никогда не жаловалась но это было предметом ее скрытой тоски
С Пани Яниной мы расстались утром в четверг Она была как всегда улыбчива и добра Благодарила меня за помощь и доброе отношение Была у нее такая нехарактерная для израильтян привычка Даже обняла меня на прощание
А в пятницу вечером мне позвонил ее сын Обычно мы говорили с ним на английском но тут он сказал на иврите всего два слова- ИМА НИФТАРА
 У меня в трубке повисла тяжелая пауза Почему-то я очень длго переводила на русский эти два слова – мама умерла-
Да  сколько же раз я внушала себе – эта  такая работа И только их жизнь меня  не касается и смерть – тоже Но горло почему-то нахально сжал предательский спазм Она ушла тихо без боли Никого не обременила болезнью и долгим умиранием Ушла с тем же достоинством и заботой о близких скоторой жила оставив после себя свет своей личности
Она была истиной Пани  Просто клубок ее жизни размотался  до своего конца
До видзенья дрога пани Янина Мир твоей душе
Как говорят на Руси  Все там будем
 
  Ева Немировская
 
Ирусалим 2004